 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
Большая часть территории Мавритании - Сахара, практически без дорог. Но между основными населенными пунктами трассы в идеальном состоянии, и есть даже заправки. Судя по всему последние появились не так давно, раньше здесь заправляли топливом прямо из склянок, в деревнях, впрочем кое-где в Африке эта традиция осталось и нам пришлось с этим столкнуться. Мавритания - одна из беднейших стран в мире, уровень жизни здесь очень низкий. Население состоит из арабов и негров - на вид примерно 50 на 50. Мавританцы - народ очень странный. Приветливыми их точно назвать нельзя. Это угрюмые высокие высушенные пустыней люди с непривычной нашему глазу пластикой, неговорливые. Они не агрессивны, но к туристам относятся настороженно и, похоже, завистливо. Хозяева магазинов заряжают цены для туристов обычно в два раза и не торгуются. Лучше не продадут, особенно на глазах односельчан. Магазины здесь имеют очень непривычный вид. Первый магазин который мы посещаем находился в древнем, видно брошенным когда-то европейцами маленьком трейлере. Трейлер стоит неподалеку от дороги вдалеке от деревень, магазин видно рассчитан на редких туристов. Старые консервы, хлеб и печенье - вот пожалуй весь ассортимент. И, конечно вода в бутылках. Вечереет. Хозяин - длинный мавр с полуулыбкой на обветренных губах продает нам хлеб и воду и смотрит на нас, не скрывая любопытства. Здесь местные могут долго беззастенчиво глядеть на вас, задумываться о том, как вы к этому относитесь, здесь не принято. Он еще долго смотрит нам вслед, не машет, как делают марокканцы, не кричит ничего. Только загадочно улыбается своим думам, а потом поджимает под себя одну ногу, стоя на второй и опираясь на стенки дверного проема ржавого трейлера.  Мы держим путь на Нуакшот - столицу этого исламского государства. Вокруг нас пески, с редкой сухой растительностью, словно боящейся расти среди смертельного великолепия пустыни. Периодически встречающиеся деревни невероятно убоги на вид.  В одной из них мы спешиваемся, чтобы купить воды - пить хочется постоянно. Магазин здесь - одна из хижин, сколоченная из чего попало - картона, фанеры, где старуха торгует в основном керосином для ламп, батареями для фонариков, и кажется здесь же продаются старые автомобильные аккамуляторы - здесь их также приспосабливают для освещения. Опять-таки печенье, хлеб и вода. Вечер, во тьме, черная старуха в слабом свете керосинового светильника выглядит безумной шаманкой. Она ни черта не понимает по-французски, приходится показывать пальцами. Мы прибываем в Нуакшот. С наступлением ночи хочется есть. Мы договорились заранее, что в Африке не будем есть никакого мяса, чтобы не отравится. Только фрукты и овощи, да-да. На первом же перекрестке мы покупаем по пирожку с мясом, оправдывая это тем, что мы хоть знаем, что у него внутри, ибо что во других мы так и не поняли. В Центре города мусора по щиколотку - так я и представлял Африку, хотя в последствие выяснилось, что это характерно только для этого города - одного из самых грязных городов в мире. Мы бродим по рынку, торговцы уже сворачиваются, повсюду валяются гнилые бананы и прочие плоды, куски картонных коробок, кожура от мандаринов и прочий хлам. Мы решаем купить несколько дисков с Мавританской музыкой. Проходя по одной из улиц, я вижу местный кинотеатр - из одной из лачуг доносились дребезжащие звуки пальбы, возгласы. Я заглядываю в проем. В темной комнате мерцает синий свет старого телевизора, к которому прикованы полтора десятка глаз. Судя по звукам кажут голливудский боевик начала девяностых. Мы находим лавки, где продают музыку. Свет горит благодаря автомобильным аккамуляторам, кое-где стоят китайские магнитофоны и звучит поразительная мавританская музыка - монотонная, почти трансовая, соединяющая в себе гипнотизм африканской ритмики с узорчатым арабским вокалом. Поторговавшись, мы покупаем два диска, один диск этнической традиционной музыки и один современной молодежной. Пляж Нуакшота - дикое место. Пахнет рыбой и перепуганные крабы бегают от фар нашей машины. Мы выезжаем из города и едем несколько километров по трассе. Играет наша новая музыка и мы слушаем ее немало, прежде чем начинаем понимать, чем традиционный стиль отличается от молодежного. Усатый мавр, играющий на одном диске, представляет собой традиционную музыку - всего две длинные песни. Судя по настроению, в них повествуется о караване, бредущим в бесконечных песках Сахары - там, где нет границ, где в редких деревнях - призраках люди не имеют представления, гражданами какого государства они являются. Торговцы каравана молча ведут верблюдов в далекий богатый город Тамангассет. Когда они вернутся с товаром домой, они будут богаты, сказочно богаты, и все смогут жениться, а пока пусть играет струна, пускай звучит монотонный голос музыканта и возможно они смогут позабыть на это время про жажду.  Пустыня побуждает к мечтательности. Парадокс, но эти сухие ветры, жажда, холодные звездные ночи, безлюдность открывает некие клапаны внутри. Словно опустошенность, отсутствие жизни в этой земле пробуждает осознание феномена собственной живости, порождает ощущение избранности и бережливой гордости за свою одушевленность.  По пути мы встречаем "автостопщика", которого конечно подобрали. Это седой длиннобородый старец. Мы беззастенчиво обсуждаем его всю дорогу, величая "Архат". Это впрямь интересный персонаж. Он перебирается из одной деревни в другую. Бог знает, как он это делает обычно, машины на трассе здесь большая редкость. В городах курсируют в качестве такси старейшие рено в жутком состоянии - без стекол, двери привязываются веревками, кузов гнилой и дырявый, часто колеса сдуты и машина, громыхая по разбитым городским дорогам, несется с 6-7 пассажирами и их багажом чуть ли не на одних дисках. Трасса - другое дело. Дороги здесь в идеальном состоянии, а машин почти нет. Иногда встречаются повозки, запряженные ослами, порой мотоциклы. Выходя в деревне, он не говорит мне и товарищу не слова, но обойдя машину благодарит нашего третьего товарища, который в тот момент был за рулем, улыбкой и кивком. Видно он считат, что мы тоже пассажиры, которых везет этот добрый белый. В деревне, где мы останавливаемся купить воды и чего-нибудь пожевать, происходит любопытная беседа с одним местным жителем. Это невысокий негр, одетый в военную форму, на которой было множество значков, медалей, орденов, пришитых в несколько слоев погонов. Его армейский берет усыпан знаками отличия и воинской доблести.  Он крайне строго сообщает нам, что здесь парковаться нельзя, и что он, генерал, научит нас уважать законы Мавритании. Очевидно, что это сумасшедший, деревенский дурачок, однако один из моих товарищей здорово растерян и изчезает поскорее за водой. Я беседую с этим "генералом". Сообщаю, что мы - всего лишь туристы и сделаем все, чтобы искупить свою провинность перед государством. Он посмотрел на меня испытующе и молвил лишь "Кадо" - что означает "подарок". А мне уже здорово приглянулся его берет со значками мавританских силовых структур, и я думаю, что было бы неплохо выменять ее на одну из моих пилоток или кепок со значками, которые я взял с собой в качестве сувениров - из советской военной атрибутики. Я достаю кепку со значками из багажника, показал ему и сообщил, что он получит ее в подарок, если подарит мне свою кепку. "Потому что я очень уважаю мавританскую армию, генерал", добавляю я. Он берет кепку, и после долгого изучения выносит решение: он согласен принять ее в качестве подарка, а свою кепку он не отдаст ни в коем случае. Я долго склоняю его к бартеру, а он молчаливо качает головой, только прибавляет, что как подарок, кепка вполне сойдет. Чувствуя что этот разговор ничем не закончился я отбираю у него кепку и иду к машине. Нельзя быть таким жадным. Он расстраивается: "Но кадо пур Женераль? - Нет подарка для генерала?" - спрашивает он изумленно. Тем временем мой товарищ возвращается с водой из магазина и объясняет Генералу, что мы не местные, и не знаем законов, потому и запарковались здесь, и сейчас, если Генерал позволит, мы немедленно покинем эту территорию. Генерал явно польщен, он не привык к такому обхождению. Он соглашается отпустить нас, но только в случае если ему сделают подарок. К тому времени уже половина деревни наблюдает за нашим разговором. Товарищ мой, который по-прежнему считает, что имеет дело с полицейским чиновником и что у нас серьезные проблемы, похоже, загнан в тупик этим требованием и принимается объяснять Генералу, что у нас совсем мало денег; в итоге мы, смеясь, еле затаскивам друга в машину, оставляю Генерала и эту деревню. Здесь в Мавритании находится крупный национальный парк - птичий заповедник Банк-дар-Гейм. Кажется это самый крупный и самый обитаемый птичий заповедник в мире. Это широкая территория на берегу океана, куда слетаются огромные стаи птиц разнообразных пород, делая здесь привал на миграционных путях. Мы решаем заехать в этот парк, хотя никто особо птицами не увлекался. Мы доезжаем до него под вечер. Территория парка огромная. Мы поскупились на гида, но все же нам нужен был провожающий, поэтому нам наказывают ехать за джипом с несколькими смотрителями на борту - им что-то надо было на территории заповедника. Мы въезжаем на территорию парка и пытаемся гнаться за джипом, но он едет на сумасшедшей скорости - это новехонький пикап Лэнд Крузер, специальная африканская модель, с двумя мостами. Поверхность похожа на стиральную доску - мелкий рельеф. Позже мы поймем, почему. Мы не особо расстраиваемся - дорог там не было, ехать можно было куда угодно. У нас с собой навигатор (без карт) и мы решаем двигаться на запад, резонно полагая, что рано или поздно мы приедем к береговой линии. Мы едем около часа, прежде чем достигаем берега. Когда мы слышим шуршание океана, становится ясно, мы достигли цели. Мы останавливаемся, чтобы получше осмотреться. Да, безусловно, мы доехали до берега. И зачем нужны эти гиды, если все и так понятно? Ликуя, мы решаем подъехать поближе к океану - и понимаем что с места нам не сдвинуться. Включение полного привода и пониженных передач лишь усугубляет наше положение. Выйдя из машины, мы понимаем, что застряли в мокром песке, хотя до океана еще метров 400. Мы принимаемся копать и тут ямки заполняет вода. Через пару минут океан подступает к колесам. Это - начало самого быстрого прилива, который я видел в жизни. Через несколько минут воды становится по икры. В наших рядах начинается паника. Мои товарищи решают, что вот-вот вода хлынет в салон и надо спасать вещи. В свете луны мы вытаскиваем весь свой обильный скарб, включая ящики с инструментами и тащим это к берегу, точнее к тому месту, где он пока есть. Некоторые из нас прощаются с машиной, заявив, что когда вода дойдет до капота и через воздухозабор она попадет в двигатель и он встанет. Что ж, это так и было бы, но не верится, что уровень воды может подняться так высоко. Мы переносим вещи на пока сухие территории и ждем. Приходится отметить точку, где стоит машина, на навигаторе, ибо сейчас слишком темно, чтобы мы могли видеть автомобиль. Когда вода закрыла машину по пороги мы перестаем ходить ее проверять и ненадолго засыпаем. Часть экспедиции прощается с нашим доблестным джипом со слезами на глазах. Утром мы видим, что вода все-таки отступила за ночь и принимаемся яростно копать. Вода подогнала грунта под все днище - машина сидит в мокром песке, глубоко зарыв в него мост, рычаги, кардан и бензобак. Один из нас отправляется за помощью, пока мы вдвоем откапываем что можем. И помощь прибывает. Мы успели уже кое-как откапать мост и бак, и тут к нам подъезжает один из тех пикапов с почти всем мужским населением соседней деревни на борту - в кузове сидит порядка 15-18 мужчин, все были негры. Они тут же принимаются работать - видно сразу - это им не в первой. Под колеса они накидывают сухого песка и корней, приподнимают машину самодельными домкратами, подсовывают самодельные траки (еще несколько раз нам придется посетовать, что мы не взяли с собой этого простого и великого помощника на бездорожье).  В нужный момент мы приникаем все к авто и пока пикап дергает нас на буксире, дружно толкаем. Тяжелый джип вылетает, как пробка из шампанского. Он вновь готов к бою.  Это веселое приключение обоходится нам где-то в сотню евро и конечно того стоит. Наши друзья сообщают, что мы не первые кто так застрявают. Приливы тут могут быть на десятки километров, так как земля абсолютно плоская. Мощность и длительность прилива зависит от фазы луны - так что с луной нам очень повезло. Оставшийся день мы заслуженно наслаждаемся прелестями этого парка - огромными стаями птиц, перелетавшими с места на место в прибрежной зоне.  Мы выбираемся из парка - опять-таки используя навигатор по принципу постоянного движения на восток - и через пару часов благополучно выезжаем на шоссе.  Мы держим путь к границе с Мали. Далее
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
